forum.wfido.ru  

Вернуться   forum.wfido.ru > Прочие эхи > OBEC.PACTET

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
  #1  
Старый 29.09.2017, 00:29
Ilya Krestin
Guest
 
Сообщений: n/a
По умолчанию Александр Абашин. "Бал Мора". Главы 5, 6, 7

Ilya Krestin написал(а) к All в Sep 17 21:59:18 по местному времени:

Доброго времени суток, All!

/4 глава в оглавлении отсутствует/

Александр Абашин
"Бал Мора"

Глава 5. О фундаментальности Истории и о формировании личности

- История, мой друг, это не хер гуарий, - справедливо заметил Хасфат Антаболис, погладив подбородок. Затем он откинулся в кресле и скрестил руки на груди. Его слова повисли в воздухе, но не под потолком, а где-то пониже, в неровном свете масляной лампы, тускло мерцавшей на старенькой, но дюже крепкой, как и все остальное в Гильдии Бойцов, дубовой тумбе. "И ведь не поспоришь" - резюмировал я. Мое прибытие в Балмору состоялось несколько часов назад, в жаркий ясный полдень, что совсем не характерно для здешнего холодного и сырого климата. Я вошел через Южные Ворота и, не теряя времени, скорым шагом направился в Гильдию Бойцов, пересекая широкую торговую площадь, щедро поливаемую лучами яркого полуденного солнца, сквозь толпившийся здесь народ. Хасфата я застал в его кабинете за написанием какого-то отчета толи для Айдис, то ли еще для кого. Едва завидев меня, он прищелкнул языком и воскликнул нечто, вроде: "Любишь ты нагрянуть внезапно, точно гром среди ясного неба!" И был прав. Уже не вспомню, при каких именно обстоятельствах мы познакомились, но появлялся и исчезал я всегда в самый неожиданный момент. Притом, абсолютно не умышленно.
Мы сидели друг напротив друга в просторной и прохладной комнате без окон, со скудным освещением и не хитрым интерьером, пока я рассказывал моему другу обо всем, что накопилось у меня за долгие годы странствий и исследований. На столе перед нами стоял поднос с парой синих кружек и чайником, над которым курился легкий парок - Хасфат знал о моей нездоровой страсти к чаю. И вообще обо мне он знал, пожалуй, больше, чем любой другой житель Морровинда.
- История - это больше, чем что-либо взятое в отдельности, Чародей, - Хасфат Антаболис отпил из кружки. Когда дело касалось тонких материй, этот имперец чувствовал себя точно рыба в воде. Старина Хасфат, инструктор Гильдии Бойцов Балморы, мне он всегда представлялся не просто кожаным мешком, натянутым на скелет и набитым внутренностями, но в большей мере сосудом глубоких мыслей и метафизических рассуждений. И сейчас он сидел передо мной, до мозга костей нашпигованный знаниями, задумчиво глядя на слабо освещенную масляной лампой стену, будто читая на ней что-то, а блики от огня играли в его темных зрачках. Как правило, любые разговоры на различные темы в итоге сводились к обсуждению величественности истории и к монументальности ее значения в мировом порядке. Исключения не было и на этот раз. Я знал, что старина Хас с недоверием и изрядной долей скептицизма отнесется к моему так называемому докладу. Но у меня не было времени, дабы подготовить контраргументы для достойного отпора. И потому я просто сидел и слушал.
- Больше, чем эта тумба, - продолжил инструктор, бросив в ее сторону короткий взгляд. - Больше, чем я и ты, Чар. Больше, чем Балмора или Орвас Дрен, - Хасфат сделал паузу, посмотрел на меня и уже чуть более значимо прибавил, - даже больше, чем Вехк.
Комната наполнилась тишиной, лишь откуда-то с верхних этажей доносились еле слышимые голоса. Инструктор поднялся, взял поднос со стола и отошел куда-то в сторону - по-видимому, за новой порцией его превосходного чая. "Вехк... - вдруг промелькнуло в голове, заставив меня встрепенуться, будто выдернув из зыбкой пелены Забвения. - Живой бог... Вехк и Вехк, Двоединый, вечно медитирующий защитник Последнего и Последний, осознавший существование вне двойственности и антитезиса... - картинка перед глазами плавно поплыла. Стены, лампа, тумба - все размывалось, теряя четкие очертания, смешивалось во что-то невразумительное, незначительное, проваливалось в серую бездну отсутствия. Я взмывал вверх, одновременно падая вниз так быстро, что казалось, будто и не двигался вовсе. Окружающую реальность стремительно застлал туман, погружая мир во мрак, и лишь окутанный сиянием, золотым с одной стороны и голубым с другой, силуэт, исполненный мощи, гордо парил в пустоте, скрестив ноги. - Вехк, сын самого себя, сумевший сквозь рассеивание индивидуальности внутри безграничной сущности произнести Я!.. - Привычные истины этого мира потеряли всякий смысл. Сияние превратилось в яростное пламя, голубые и золотистые всполохи жадно пожирали пустоту вокруг силуэта. - Больше, чем Вехк..."
Вспышка, сумасшедший рывок, падение и я вновь оказываюсь в кресле, шумно и часто дыша. Морок исчез, привычные серые стены кабинета Антаболиса вернулись на место. Череп гудел, будто там били в исполинский колокол, а сердце бешено колотилось, норовя проломить грудную клетку. Я завертел головой, отчаянно пытаясь привести в порядок мечущиеся мысли. Глубокий вдох. "Раз". Я задержал дыхание. "Два... три..." Медленный выдох. Вроде, помогло. Я огляделся по сторонам, провел рукой по грубому подлокотнику кресла, удостоверившись, что все реально. Негромкий, приятный голос Хасфата окончательно освободили мой разум от тяжелого покрывала метафизических размышлений, вернув заблудшее невесть куда сознание обратно в тело.
- Ты в порядке? - Поинтересовался инструктор и, поставив поднос с чаем на стол, опустился в свое кресло. - Очень уж ты бледный для данмера.
- Все хорошо, - тихо произнес я, поправив одежду и устроившись поудобнее. Конечно же, я слукавил. И глупо было бы полагать, что Хасфат ничего не заподозрит. - Продолжай.
- Кхм, - Антаболис, однако, не придал этому значения, либо просто сделал вид, что поверил и вновь завел свой монолог. - История... Тебе следует читать больше книг, если хочешь приобщиться к ней. А ты, я уверен, очень этого хочешь. Так вот. История - это нечто необъятное, Чародей, глубокое, словно бездна Забвения. А кто мы? Мы - всего лишь ее частички. Шестерни в невообразимо огромном вечном механизме. И сейчас, мой друг, ты собираешься как следует встряхнуть его. Но не забывай, что механизм этот - ржавый и старый, как само мироздание, и между его лопастями набилось очень много дерьма, которое смачно повалится в тот самый момент, когда ты будешь находиться рядом.
Хасфат сделал несколько глотков горячего, крепкого напитка и, скрестив пальцы, положил руки на стол. На моей стороне не было весомых аргументов, дабы возразить ему. Да я и не собирался. Не за этим я сюда пришел. Как ни крути, но отчасти он прав. Недаром этот человек являлся автором, по меньшей мере, двух значимых исторических трудов, которые, к слову, мне так и не довелось прочесть. И сейчас, кажется, я начинал жалеть об этом.
- Погоди, - я поднял ладонь. Хасфат гнал коней. Рассуждать он мог вечно, поэтому самое время было вставить свое слово. - Рано поднимать панику. Мы ведь еще почти ничего не знаем наверняка.
- А я ничего определенного еще и не сказал, - пожал плечами Антаболис. - Но настоятельно советую тебе трижды подумать, прежде чем во все это соваться. Хотя бы потому, что есть Храм Трибунала. Ты помнишь, как они относятся к подобным вещам? Особенно, если в них упоминается слово "Нереварин".
- Помню, - тихо произнес я. - Ты всегда был осторожным, Хас. И это вовсе не плохо. Но сейчас самое время рискнуть. Слишком много очевидных знаков вокруг, слишком много нитей сошлись в одном месте. Такое чувство, будто я запутался в них и никак не могу выбраться.
- Быть может и не надо выбираться? Учитывая обстоятельства, то, что ты задумал, может быть весьма опасно. Для жизни.
- Я все понимаю, - я покачал головой. - Но надвигается нечто серьезное. Мое видение - оно очень тревожно. От него веет силой. Страшной силой, не способной созидать, но несущей смерть и разрушение.
- В Морровинде подобные сны считаются признаком душевных расстройств. Я бы не советовал тебе лишний раз распространяться о них, - подчеркнул инструктор.
- Знаю, - я кивнул. - Возможно, стоило прежде поговорить об этом с шаманками... Но общение с ними требует уйму времени только для того, чтобы отделить зерна от плевел. Я уже не говорю о том, чтобы как следует изучить и систематизировать полученную информацию. Слишком мало конкретики в их словах.
- Чародей, сколько ты прожил среди эшлендеров? - вопрос Антоболиса явно содержал подвох.
- Достаточно, - бросил я в ответ.
- По-моему, чересчур долго. Что если никакой конкретики попросту нет? - Предположил Хасфат. - Что если вся эта хрень с Нереварином - не более чем обычное суеверие?
- Исключено, - отрезал я.
- Все эти культы, Чар, - протянул Антаболис, - со своими безумными последователями... Их сотни. И в каждом - свои пророчества.
- Эшлендеры - не культ. Они - хранители многовековых традиций моего народа, ныне, к моему горькому сожалению, забытых большинством данмеров. Может, отчасти они и дикари, а их верования больше похоже на сказки, но сквозь весь этот мрак суеверий пробивается свет истины. И я его разглядел, но не смог к нему пробиться. Именно поэтому я здесь, перед тобой. Мне нужна помощь. Совет. Твой совет, Хас.
- Мой совет... - Антаболис вздохнул, поднял кружку и не торопясь насладился ароматным чаем. - Мы с одним моим хорошим знакомым всегда спорим о роли личности в истории. Личность формируется и управляется историей? Или личность может изменять историю и управлять ею? Каждая личность - всего лишь часть потока? Или она может повернуть течение потока вспять? Я говорю, что Тайбер Септим изменил мир. А мой знакомый утверждает, что Тайбер Септим был продуктом своего времени, и если бы не было его, его роль сыграл бы кто-нибудь другой. А что ты? Собираешься изменить мир? Или поплывешь по течению? Не думаю, что последнее.
Я молчал. Хасфат как всегда заставил задуматься. Я никогда не плыл по течению. Он знал, что не собираюсь и на этот раз. Но я не Тайбер Септим, чтобы менять мир. Хотя, можно было бы и попробовать... Единственное, в чем я был уверен - надо идти дальше. Антаболис не чувствовал того, что чувствую я, в силу своего скептического склада ума, заточенного больше под науку, нежели под абстрактное мышление. И по обыкновению осторожничал - слишком трепетным было его отношение к истории, и как к науке, и в целом. Он хорошо осознавал, что я пойду на все ради истины, но не мог по настоящему ощутить ее ценности. Объяснить ему всего я был не в силах, даже если бы очень захотел. Мое последнее видение не давало мне покоя... Луна и звезды... Страшная фигура на горе... Нет. Нельзя бросать уже начатое. Мои многолетние странствия, поиски и исследования не могут вот так запросто закончиться прямо здесь, в этой комнате. Я обязан идти до конца и разобраться во всем.
- Скажи мне, Хас, что ты знаешь о Пророчествах? - Я первым нарушил тишину внезапным вопросом.
- Каких? - Не поднимая глаз, кинул он.
- О Нереварине, - уточнил я, хотя Хасфат и без того понял, что я имею в виду.
- Не больше тебя, - вздохнул Антаболис. - Сирота и изгнанник, рожденный в определенный день неизвестными родителями, объединит все племена данмеров и выгонит захватчиков из Морровинда. Утопические верования эшлендских кочевников.
- Стоп, - Я наклонился к столу и поднял вверх указательный палец. - Давай по порядку. Эшлендеры верят, что легендарный герой кимеров Неревар возродится в новом теле. Неревар Возрожденный, Нереварин. Он объединит данмеров против иноземных захватчиков, избавит Морровинд от меча угнетателей - Империи и вернет былое величие народу Темных Эльфов. Но тогда почему Храм отрицает Пророчества, приравнивая их к тяжкой ереси, а тех, кто в них верит, преследует, как конченых еретиков? Лорд Неревар - великий герой данмеров и святой Храма. Но лишенные сострадания и жалости Ординаторы забивают дубинами последователей Культа Нереварина до смерти. Где логика? И это не все. Больше всего мне не понятна роль Дагота Ура в этой истории. В неясных рассказах шаманок порой проскальзывали сумбурные упоминания о нем. Дай-ка припомнить... Ах, да. Якобы, Нереварин победит Дагота Ура. У эшлендеров весьма странный, непонятный диалект. Возможно, я что-то не так понял, но Дагот Ур побежден в битве под Красной Горой много веков назад и это уже давным-давно известно абсолютно каждому. Как я уже говорил, Хас, много ниточек, но ни одна из них не связана с другой.
- Все пророчества абстрактны, - резюмировал Антаболис. - Они могут трактоваться по-разному, означать все, что угодно и подразумевать кого угодно.
- На то они и пророчества, - развел руками я. - В них необходимо верить. Ибо у пророчеств есть одно замечательное свойство - сбываться.
- Ты веришь? - Вдруг спросил Хасфат.
- Я верю, что это не просто сказки. Эти Пророчества - нечто большее. Я чувствую за ними некую необъяснимую, величественную мощь.
- Величественные и страшные силы, о которых ты говоришь... Ты знаешь, кто они? Я тоже не знаю. Сомневаюсь, Чар, что нам нужно во все это вмешиваться.
- Не стоит. Сомнения - это яд для души. - Я допил свою кружку с чаем и поставил ее на поднос. - Не спрашивай почему, но я почти уверен, что если Пророчеству о Нереварине суждено сбыться, то это произойдет очень скоро. История показывает нам, что подобные события случаются раз в тысячи лет. Мне бы не хотелось оставаться в стороне, когда начнется самое интересное. А тебе? Разве не хотел бы ты копнуть глубже, добраться до сути? Почувствовать свою сопричастность происходящему?
Хасфат ответил не сразу. Я умело надавил на его слабое место. Глаза инструктора теперь заблестели иначе в этом волшебном свете единственной масляной лампы. Было заметно, что он задумался на несколько секунд. Видимо, заработали те самые набитые дерьмом механизмы в его голове. Его точеный ум сейчас обрабатывал полученную информацию, взвешивал все "за" и "против", оценивал шансы и прикидывал возможности. Эти секунды я глядел на него, почти не моргая. Я знал, что он не сможет устоять.
- Хорошо, - выдохнул он. - Все это крайне сомнительно, но, признаюсь, мне таки стало интересно. Видит Дракон Всемогущий, я отговаривал тебя, как мог. И если вдруг я окажусь прав, то обязательно скажу в конце - "Ну я же предупреждал!"
- Замечательно! - Выдохнул я. - Теперь можно обсудить дальнейшие действия.
- Давайте послушаем.

Глава 6. Дивный Вечер.

Часть 1. Переулок

Мы играем чужие роли
В этом мрачном театре масок.
Здесь для смерти так много боли,
Здесь для жизни так мало красок.

В галерее картин без названий,
Бесконечно скитаясь по кругу,
Среди призрачных воспоминаний
Мы не можем найти друг друга.

Хасфат Антаболис.
426-й год Третьей Эры.

Мало кто знает, что Хасфат Антаболис пишет стихи. Быть может, при первом рассмотрении это покажется странным. Быть может, при втором тоже. Но что есть странность? Не более чем проявление чего-либо, отличающегося от привычного, выходящего за рамки ожидаемого. Нечто новое. И достаточно всего лишь просто принять это, как оно быстро перестает быть таким уж странным или необычным. Не знаю, что и когда пробудило в скептически настроенном ко всему на свете Антаболисе страсть к поэзии; не помню, случилось ли это до знакомства со мной или же после. Ныне это не так важно. Хотя, признаюсь, некоторые работы приятеля Хасфата я нахожу весьма талантливыми. Жаль, что ему так и не выдалась возможность стать настоящим поэтом. А то мог бы и попытаться составить конкуренцию самому Вехку. Дремора! Снова Вехк...
Гильдию Бойцов я покинул с чуть более легкой головой, нежели явился сюда. Нет, груз мрачных размышлений по-прежнему давил на плечи, но теперь у меня была хоть какая-то ниточка, в которую я крепко вцепился, точно голодный пес в брошенную ему кость. Антаболис рассказал все, что знал. Нет, не много. Как раз напротив, даже меньше, чем я рассчитывал. Но и этого было достаточно, чтобы, наконец, двинуться вперед. К концу моего с ним разговора я узнал, что прошлым утром в доки Сейда-Нина прямиком из Сиродиила на имперском корабле прибыл некто очень важный. Зачем, насколько и для кого - никто не знает. Но в смутных образах из моего видения, посетившего меня как раз в ту самую ночь, я видел именно это - чужеземец, прибывший в Морровинд по воде. В тот момент я даже не удосужился спросить, откуда Хасфату было известно о корабле, удовлетворившись коротким, сомнительным пояснением:
- Один мой хороший знакомый обмолвился. Он очень много знает. Это его работа.
- Ну, хорошо, - согласился я. - И что дальше? Как я его найду?
- А это, Чародей, всего лишь вопрос времени, - Антаболис улыбнулся.
- Не понял, - я с удивлением воззрился на своего собеседника.
- Насколько я знаю, со дня на день он должен объявиться здесь в Балморе, по поручению начальника береговой охраны Сейда Нина.
- Хм, - я побарабанил пальцами по подлокотнику. Поразительная осведомленность Хасфата о текущих событиях порой пугала меня.
- Тебе нужно лишь не пропустить его, - резюмировал Хас.
- Звучит как насмешка. Учитывая, что я даже не знаю, как он выглядит.
- Данмер. Темные волосы до шеи. Не татуированный, - Антаболис бросил быстрый взгляд в мою сторону, поняв по выражению моего лица, что эти данные не дают мне ровным счетом ничего. Данмер в стране данмеров. - В Имперской Канцелярии отметили, что он очень странно себя вел, - прибавил он. - Думаю, ты сразу поймешь, когда он прибудет в город.
Смеркалось. Я брел по одной из улиц Балморы, что вела в сторону южных ворот. Хоть воздух и стал прохладнее, нежели днем, сегодняшний вечер здесь не вынуждал меня кутаться в плащ, спасаясь от холода и сырости, как это случалось обычно. Ясный, солнечный полдень, которым я прибыл в город, мягко погружался в колючий полумрак. Бархатное, иссиня-черное покрывало, сверкающее бисером загадочных звезд, медленно и бережно укрывало Балмору. Стражники Дома Хлаалу зажигали факелы и фонари. Дивный вечер. Чудесный. Слишком чудесный для этого серого города, так открыто мною не любимого. Но сегодня я был готов признать: есть в Балморе нечто... необычное. Волшебное. И отталкивающее одновременно. Какое восхитительное и чудовищное противоречие. Это приводило в легкое оцепенение. Будто смотрит на тебя из чарующего полумрака узких улиц кто-то могущественный и опасный, кто знает о тебе все и имеет над тобою власть; смотрит тебе прямо в глаза, а ты не можешь отвести взгляд. Но на самом деле я видел глубже. И пугало меня отнюдь не противоречие. Оно являлось не более, чем следствием. Следствием великих перемен. Ужасных перемен. Перемены - вот что вызывало предательскую, ненавистную дрожь в коленях. Мир менялся, и это отчетливо прослеживалось всюду и во всем: в людях, мерах, в земле, воде и в воздухе. Пусть большая часть населения Морровинда не замечала или не хотела замечать их, но для меня изменения были настолько очевидны, что даже возжелай я всей душой отрицать их явственность, у меня бы не получилось... Чудесный вечер. Дивный вечер.
На самом деле, нет ничего хуже, чем слова "ты сам все поймешь". Они придают невыносимой неопределенности происходящему. Находиться в подвешенном состоянии я до ужаса не любил - это не давало сосредоточиться, мешало ясно думать. Мысли начинали путаться. Нужно ждать. Но чего? Скамп, ненавижу ждать! А если что-то уже произошло, а я не углядел? Пропустил? Вдруг какая-то мелкая деталь проскользнула мимо моего внимания? Нет. Исключено. Чувства еще никогда меня не подводили. Отогнав бесполезные сомнения, я свернул в узкий безлюдный переулок. Несколько шагов. Я не сразу понял, что вокруг слишком тихо и пусто. Свист. Яростный, молниеносный свист рассекаемого воздуха где-то сзади, справа. Я узнал его сразу. Мне часто доводилось слышать подобный звук, едва различимый для уха обычных людей и меров. Он - последнее, что слышит заблудившийся путешественник или солдат, попавший в западню. Этот звук - предвестник гибели. Стремительный и беспощадный, как сама Смерть. На сей раз, среди прочих шумов, этот я различил слишком поздно...

*

Три данмера, в грязных черно-коричневых плащах, подпирали стену у входа в какой-то скуумовый притон. Они умело ругались, плевались, пили отвратительное пойло, что разливал здешний трактирщик, хватали шлюх за задницы, в общем, вели себя ничем не лучше и не хуже прочих посетителей сего общественного заведения развлекательного характера. Возможно, даже под шумок приторговывали сахаром. Кто их знает? При нынешнем положении дел активность контрабандистов и наркоторговцев в Морровинде достигла своего апогея. Уровень преступности повышался чуть ли не с каждым днем, увеличиваясь буквально в геометрической прогрессии, разрастаясь, словно корпрусовая опухоль, пуская метастазы все глубже и глубже в кровоточащее, больное тело данмерской страны. А искоренить эту мразь, как бы то ни было печально, вдруг оказалось некому. Все эти непреступные, грозные форты, рассыпанные по Вварденфеллу точно грибы по лесу после осеннего дождя, и заполонившие их не менее грозные легионеры, с ног до головы закованные в стальную броню, лишь выглядели сурово и устрашающе, на деле же представляя собой почти бесполезное явление. Беззаконие и коррупцию такого уровня нельзя подавить или искоренить ни одним известным закону методом. Их необходимо выжигать. Выжигать каленым железом, без малейшей тени сомнения или жалости, без пощады и сострадания, без страха, вместе с кровью и плотью; отрубить пораженную заразой конечность, вырвать с костями и мясом. Лечение здесь бесполезно. Лишь решительные, радикальные меры могут спасти Морровинд. И это понимал лишь один человек во всем Имперском Легионе, представленном на Вварденфелле. Но речь о нем пойдет позже.
В какой-то миг троица вдруг резко изменила свое поведение. Данмеры вдруг предельно посерьезнели, оставили кружки, и отошли в сторону, будто их внимание привлекло нечто крайне любопытное. По сути, так оно и было.
- Это он?
- Вроде, да.
- Вроде?
- Ну, а ты сам как думаешь?
- Думаю, пора.
- Идем, иначе прошляпим.
Три фигуры накинули капюшоны и скорым шагом удалились, скользнув в грязный переулок за неспешно бредущим седым данмером... Стоп. Седым ли? Судя по всему, они выслеживали его уже ни один час. Чем он был так примечателен? Никто из стоявших возле той таверны не понял, если хоть кто-нибудь вообще его заметил. Ничем. Все в нем было обычно: темная серо-зеленая кочевническая мантия, что носят многие путешественники, пыльные кожаные сапоги, сбитые о тысячи дорог, походная сумка через плечо. Все, кроме волос. Это казалось странным: на вид мер был довольно молод, но его волосы отливали мертвенно-пепельной белизной, отчего-то немного пугающей. В тот момент троица не придала этой мелочи никакого значения. И вот беловолосый данмер и трое его преследователей зашли достаточно глубоко в переулок.
- Все тихо?
- Да.
- Доставай арбалет, скорее.
- Готово.
- Не уйдет.

*

Его звали Назим. Нищий редгард, вечно слоняющийся по самым грязным закоулками Балморы в едва вменяемом состоянии. Нет, таким он был не всегда. Когда-то, - о, это было очень давно, как ему казалось! - давным-давно, у него были и работа и дом и все остальное, что имел каждый уважающий себя обыватель. Но, как писано в старой притче, Назим возжелал большего - богатства, славы и успеха, что, к слову, обычно не вполне свойственно обывателям. И, как следствие, в виду своего недальновидного ума и обывательской, по сути, природе, он пошел по крайне скользкой дорожке. Связался не с теми людьми, занялся не тем делом и в итоге оказался должен всем, кому только мог. Так всегда и бывает. И теперь господин Назим представлял из себя зрелище весьма жалкое, а все, что осталось от его прежней жизни - драная рубаха, потертые штаны, да имя, данное ему матушкой при рождении. И вот, под вечер, как обычно, он валялся под грудой зловонного мусора, потягивая бутылочку дешевого мацта, невесть где и как раздобытого, и дымя самокруткой. Как вдруг сквозь пелену пьяного дурмана он заметил медленно бредущего данмера с серебристыми волосами. Все бы ничего, но его вид отчего-то заставил Назима приоткрыть заплывшие глаза чуть шире. Не смотря на видавшую виду одежду и накинутый капюшон, лицо незнакомца показалось редгарду... величественным, хоть и выражало крайнюю усталость. Залитый до краев, но по-редгардски острый глаз нищего нельзя было обмануть. Сквозь выцветший походный плащ тело данмера сочилась неоспоримой силой, которая завораживала и пугала одновременно. Каждый его шаг был исполнен уверенностью. Этого мера звали Чародей. В тот же миг Назим понял, что сейчас должно что-то произойти. И вдруг раздался сухой щелчок арбалетного выстрела. Редгард видел, как в воздухе мелькнуло что-то черное, слышал свист рассекаемого воздуха в вечерней тиши. Видел он и то, как едва уловимо для зрения дернулся этот беловолосый мер, но... слишком поздно. Отброшенный мощным ударом арбалетного болта, он рухнул навзничь, успев лишь прижать правую руку к груди. Поблизости раздались шаги. К распластанному на брусчатке телу приближались трое.
- Готов?
- Да.
- Уверен?
- Я никогда не промахиваюсь.
- Проверь его.
Троица оказалась совсем рядом. Один из данмеров наклонился над телом, но его пальцы не успели коснуться серой кожи Чародея. Рука, что, казалось, тщилась закрыть смертельную рану, в последней отчаянной попытке удержать душу в остывающем теле, медленно откинулась в сторону, раскрывая ладонь и демонстрируя пойманный болт. Зрачки наклонившегося данмера расширились от удивления, но он так и не понял, что произошло. Кулак беловолосого эльфа угодил ему точно в подбородок, сломав челюсть и шею. Удар был такой силы, что отбросил несчастного на несколько шагов назад, скомкав его тело, будто того сбило тараном. Чародей одним мощным рывком оказался на ногах еще до того, как оставшиеся двое смекнули, что к чему. Назим наблюдал за происходящим чуть дыша. Он первым понял, что трое нападавших были обречены с самого начала.

Часть 2

...Но не достаточно поздно, чтобы не успеть поймать выпущенный в меня арбалетный болт. Я не мог не отметить, что неизвестный стрелок оказался потрясающе меток. Настолько мощный и точный выстрел вмиг отправил бы в Забвение любого, кому не посчастливилось бы оказаться на моем месте. Но на этом самом месте оказался я и, очевидно, неспроста. Теперь взалкавшие моей смерти поймут, что совершили последнюю свою ошибку и не посчастливится сегодня им. Меткость нападавшего его и выдала - безошибочно просчитанная им траектория полета болта, в силу своей предельной точности, не оставлявшей шансов для иных вариантов, стала для меня очевидна еще раньше, чем я грохнулся на мостовую, имитируя собственную гибель. Шаги. Голоса. Трое высоких представителей мужского пола. Эльфы. Судя по говору - темные. По одежде нельзя предположить ничего определенного. Никаких особенных примет пока не видно. Троица подошла совсем близко. Один из них наклоняется надо мной, проверить отсутствие пульса. В тусклом, дрожащем свете редких масляных фонарей, сквозь едва приоткрытые веки, я смог разглядеть его лицо - угрюмый данмер с увесистыми кольцами в брови и ушах. Кто же они? Зачем я им нужен? Ладно, размышления пока оставлю на потом. А сейчас пора заняться этими наглецами.
Что есть силы, оттолкнувшись от земли, я с размаху протаранил кулаком подбородок проверявшему мой пульс смельчаку еще до того, как его рука коснулась моей шеи. Раздался хруст и эльф со стоном улетел к обочине, прокатившись по брусчатке несколько метров. Теперь я мог разглядеть нападавших чуть лучше. Лицо второго эльфа сплошь покрыто традиционными данмерскими татуировками. Третий, с внушительным шрамом на лице и перебитым носом держится чуть поодаль, слева. Мораг Тонг? Каммона? Может, Братство? Скамп, нет. Точно не последние - не их почерк. Да и наряды, пожалуй, тоже. Быть может, простые наемники? Оставшиеся двое отреагировали потрясающе молниеносно, чего я, признаться, совсем не ожидал. Благо, в это время я достаточно уверенно стоял на ногах, чтобы успеть избежать таранящего удара подошвой сапога эльфа с татуировкой на лице. Наотмашь швырнув пойманным болтом навстречу тому, что находился по левую руку от меня, я сделал выпад вправо и со свистом рассек воздух кулаком в пол-ладони от лица мера, стоявшего справа, но не достал его. Зато первого, судя по рычанию и проступившему на рукаве багровому пятну, таки задело болтом в районе плеча. Кулак татуированного с неистовой скоростью сорвался с места в сторону моей груди. Мне пришлось потратить бесценное мгновение, отражая его. Еще одно мгновение ушло на то, чтобы уклониться от удара подоспевшего эльфа со шрамом. Если бы не рана на плече, возможно, он бы имел некоторые шансы попасть по мне. Нет, если они и наемники, то определенно не простые. Уклонение плавно перешло в импровизированную подсечку, и раненый мер потерял равновесие, но, таки, удержался на ногах. Незамедлительно последовавший за первым, второй удар эльфа с татуировкой я встретил своим - кулак с жутким треском столкнулся с выставленным мною локтем. Будь наши руки покрыты железом, разлетевшийся сноп искры озарил бы переулок. Нападавший зарычал от боли, отпрянув на два шага. Боль пронзила и мою руку. Раздери меня Дагон, откуда взялись эти ребята?! Выиграв долю секунды, я взмыл в воздух, поймав татуированного эльфа за голову, и воспользовавшись инерцией прыжка, с силой протаранил его лицо коленом. Кровь брызнула в стороны. Эльф глухо кашлянул и опрокинулся навзничь, ударившись головой об окованный железом угол ящика. Это ли послужило причиной или мое колено - но его череп был проломлен, а жизнь стремительно покидала тело. Едва мои ноги коснулись земли, на меня обрушился ошеломляющий град ударов последнего из нападавших. Эти безумцы напрочь лишены инстинкта самосохранения? Я даже на миг растерялся, попятившись назад, и чуть не лишился челюсти, но вовремя сконцентрировался. Наклон, блок, выпад назад, блок и правая рука раненого в плечо мера была захвачена моей левой на излом. Нет, приятель, ты нужен мне живым. Резкое движение, хруст, крик и плечевой сустав выведен из строя. Тщетная попытка мера атаковать свободной рукой была без особого труда пресечена мною. Удар кулаком в бок, затем в голову, подсечка и одновременный удар ладонью по груди сверху впечатал противника в землю. Столкнувшись затылком с вымощенной камнем дорогой, эльф сейчас должен слышать в голове звон колоколов. Заблокировав коленом правую руку, я крепко прижал его к земле. Похоже, бой окончен.
- На кого ты работаешь? Зачем я вам нужен? - холодно спросил я. Мой голос прозвучал сейчас лишенным всяких эмоций. Но после непродолжительной паузы я прорычал уже с неприкрытой злобой - Отвечай!
- Шестой Дом возродился... - раздалось в ответ сдавленное бурление, - и Дагот - его слава...
На губах поверженного мера показалась кровавая пена. Он кашлянул несколько раз, дернулся, после чего прерывистое дыхание остановилось.
- Проклятье! - выругался я. Неужели, не рассчитал силу? Или он успел разжевать заранее приготовленную капсулу с ядом. Я приподнял голову убитого и снял с него капюшон, который оказался наполненным липкой красной жижей. - Скамп!
Хотя это и не исключало наличия капсулы с ядом во рту эльфа, мне все же казалось, что он скончался от сильного удара головой о мостовую. И от того глубоко в груди расползалось некое неприятное ощущение досады, заставляющее заниматься мысленным самобичеванием за столь беспечную неаккуратность. Тем не менее, при любом из возможных раскладов, я был не в силах хоть что-то изменить. Навстречу раздосадованности, где-то изнутри, эхом доносились все новые и новые вопросы. Что все это значит? Что им от меня нужно? Кто-то, кроме меня и Хаса, осведомлен о моих планах? Серой громадой предо мной вставала новая серьезная проблема, требующая скоро решения, но к моему глубокому разочарованию, ответы на данные вопросы я пока не находил ни в себе, ни где-либо еще. Впрочем, кое-что я мог предполагать с изрядной долей вероятности: едва ли это случайное нападение мелкой шайки грабителей. И если так, то следующая партия не заставит себя долго ждать. Это лишь вопрос времени. И тогда у меня появится еще один шанс обо всем разузнать. Отложив свои мысли в сторону на неопределенный срок, я решил, что настало самое подходящее время уйти отсюда подальше, пока стража не застала меня за всем этим непотребством. И тут, только я успел подняться, за спиной послышался звук приближающихся шагов...

*

На протяжении всей битвы Назим лежал, не шелохнувшись и чуть дыша. Драка была по-настоящему жестокой, но исход оказался вполне очевидным - Чародей достаточно уверенно превосходил каждого из нападавших в отдельности и всех их вместе взятых. Выпрямившись над телом последнего, он неспешно повертел головой, будто удостоверившись, что она все еще не покинула его плеч, и скорым шагом двинулся прочь. В голове Назима, было, коротко промелькнула мысль обыскать тела, но инстинкт самосохранения и здравый смысл возобладали. Или это говорил горький, как Юго-Западный берег Морровинда, жизненный опыт старого редгарда. В дела мудрецов не суй носа - голову потеряешь, гласила поговорка. Назим остался лежать на месте и, как выяснилось, поступил правильно. Едва ли Чародей успел сделать шаг в сторону, как из-за угла показались двое стражей Хлаалу, ведущих плановый вечерний патруль улиц западной части Балморы. Невесть, какими судьбами их вдруг занесло в этот угрюмый переулок, куда, как правило, стражи закона лениво забредали лишь по крайней на то необходимости. Увидев три тела, размазанные по залитой кровью мостовой, и возвышающуюся над ними фигуру Чародея, офицеры органов правопорядка на несколько секунд опешили, но сей же момент пришли в себя.
- Стой где стоишь! - заорал один из них, выхватив меч. Второй последовал примеру напарника, вооружившись арбалетом. - Руки держи так, чтобы я видел! Любое резкое движение будет расценено, как сопротивление аресту!
- Я стою, - спокойно ответил Чародей, покосившись на заряженный арбалет, и медленно вытянул руки вперед, демонстрируя, что в них ничего нет. Похоже, на этот раз он решил избрать путь дипломатии, что в сложившейся ситуации не так и плохо. От выстрела почти в упор увернуться практически не было шансов. - По какой причине меня задерживают?
- Ты пойман на месте преступления, - справедливо заметил стражник, держа меч наготове. - Не дергайся. Мы сопроводим тебя в Форт Лунной Бабочки.
- Я защищался, - попытался оправдаться Чародей.
- Там разберутся, - отрезал патрульный. - Топай вперед!
Беловолосый маг спешно перебирал в уме возможные варианты действий, но все, что приходило в голову, так или иначе, оборачивалось насилием. Стражник с мечом уже принялся вязать ему руки, как краем глаза Чар заметил движение. Назим.
- Постойте, - запротестовал задержанный. - У меня есть свидетель. Вон тот нищий все видел.
Чародей кивнул в сторону старого редгарда. Караульные переглянулись.
- Бродяга! Поднимайся. Пойдешь с нами, - не долго думая скомандовал Хлаалу с арбалетом, по-прежнему держа подозреваемого на прицеле.
- Но я ничего не сделал! - захрипел бедный редгард. - Те трое и вот этот, они...
- Я сказал...
Караульный прервал Назима, но не успел закончить фразу - позади него, чуть поодаль, послышались какие-то странные звуки. Обернувшись, он увидел, как с телом одного из убитых меров стало твориться нечто неладное. Это заметили и остальные присутствующие. Труп данмера сначала мелко завибрировал, затем забился уже крупной дрожью, а после его конечности и вовсе заходили ходуном. Изо рта густыми липкими сгустками брызгало что-то отвратительное, похожее на черную болотную грязь или смолу вперемешку с кровью.
- Святая Азура, что за... - выпалил стражник Хлаалу, отступив на пару шагов назад. Его напарник, хоть и наблюдал за происходящим, открыв рот, но о Чародее не забыл - арбалет по-прежнему оставался заряжен и направлен в его сторону. Назим лежал, боясь шелохнуться, очевидно, до сих пор не веря, что все это не привиделось ему в пьяном бреду.
Дергающийся мертвец начал издавать низкое утробное ни то бульканье, ни то клокотание, как вдруг его лицо, окончательно залитое непонятной черно-кровавой жижей, стало с хрустом сминаться, будто под сильным давлением, и проваливаться вовнутрь. Кожа трупа так же омерзительно изменялась, трескаясь, покрываясь шероховатостями, ужасными наростами и язвами, из которых сочилась все та же черная субстанция. Еще несколько секунд и лицо мера со страшным звуком, провалилось, образовав огромное отверстие, будто проеденное кислотой, там, где находились глаза, лоб и нос, после чего труп резко затих.
- Что это, Молаг Бал побери, было? - выдохнул караульный.
- Нужно проверить, - ответил второй.
- Стойте, - произнес молчавший до сих пор Чародей. - Я бы не стал спешить. Я очень давно занимаюсь магией и это - омерзительное, неизвестное мне злое колдовство. Не советую приближаться к телу слишком близко.
- Молчи, задержанный, - бросил, не оглядываясь на Чародея, страж с мечом. - Оставайся на месте, иначе мы расценим твои действия как сопротивление аресту.
Сделав несколько шагов к телу данмера, стражник Хлаалу осторожно потыкал в него мечом. В ответ ничего не последовало. Он бросил короткий взгляд через плечо на напарника, словно спрашивая, что делать дальше, затем осторожно потянулся к трупу рукой. Внезапно, до сего момента лежавший мертвым, эльф невесть как мощным рывком вскочил на ноги, схватив патрульного одной рукой за горло, другой - за руку с мечом. Теперь это существо удалось разглядеть получше и, надо признать, оно уже мало напоминало эльфа: покрытая коркой и нарывами кожа гноилась и кровоточила, пугающие омерзительные наросты торчали из-под одежды, а на месте лица зияла ужасная дыра, сочащаяся черной жижей, то и дело заливающей рот, заставляя изуродованного мера гортанно бурлить. Стражник сдавленно зарычал, пытаясь вырваться, но тщетно. Оживший мертвец одним движением поднял его в воздух и оторвал голову. Мостовую и стены стоявших поблизости домов обильно окропила кровь, фонтаном брызнувшая из шеи. Тварь с легкостью откинула останки патрульного в сторону на несколько метров и, гулко взвыв, бросилась на оставшихся.
- Твою мать! - вырвалось у второго стражника. Он молниеносно развернул арбалет и разрядил его в стремительно приближающееся существо. Болт со смачным хрустом вонзился тому в голову, на удивление Хлаалу, заставив ужасное создание лишь слегка пошатнуться. Удивление не успело смениться страхом - то ли караульному не хватило времени понять, то ли воинам Хлаалу поистине неведом страх, - тварь неожиданно прыгнула на добрые две сажени, сбив стражника с ног. Каким-то чудом тот успел выхватить короткий меч и в последний момент встретить им монстра, направив на него острие и вогнав его в живот чудовища по самый эфес, после чего доблестный страж повалился на землю, придавленный озверевшим мертвецом.

Глава 7. Переулок

Тусклый свет волшебной россыпи созвездий Нирна холодной невесомой вуалью лежал на крышах, стенах домов, мягко укрывал мостовую, аккуратно вырисовывал в сказочном ночном сумраке Балморы очертания нескольких фигур. Я застыл посредине переулка, словно очарованный сей великолепной в своей потрясающей невероятности картиной, затаив дыхание, боясь шелохнуться. На самом же деле ум мой оставался холоден, взгляд тверд и намерения решительны. Я молча стоял, наблюдая, оценивая, анализируя. Стражники Хлаалу, совершенно очевидно, оказались не в нужном месте, не в нужное время. Какой дремора их сюда занес именно в этот самый злополучный час? Признаться, сначала я даже слегка растерялся - убивать караульных мне не пристало, а проблем с законом, похоже, избежать не представлялось возможным. Но вдруг случилось нечто грандиозное и... омерзительное. И когда останки первого стражника разлетелись в разные стороны улицы, а второй оказался на земле, придавленный нависшим над ним озлобленным существом, в которое превратился труп данмера, я сделал свой ход. Мысль, слово, жест - именно в такой последовательности рождается магия. По сути, истинно великим волшебникам не требуются ни жесты, ни слова, ни какие-либо иные проявления осязаемого мира смертных людей, меров и зверорас. Достаточно лишь одной точной и острой, словно лезвие Бритвы Мехруна, мысли, чтобы уловить незримые, тончайшие потоки Великого Эфира, который пронизывает все Мироздание Аурбиса, и, собрав их в тугой искрящийся, пульсирующий узел, направить в нужное русло, придав эманациям желаемые форму, размер и характеристики.
Воздух вокруг и передо мной задрожал и сгустился, слегка играя тусклыми фиолетовыми бликами. Раздалось негромкое шипение, напоминающее легкий порыв ветра, и в ту же секунду, повинуясь движению ладоней, заклинание с глухим хлопком сорвалось с моих пальцев. Полупрозрачные всполохи заиграли на изуродованной коже возвращённого к жизни богомерзким колдовством темного эльфа. Бледно-лиловые искры, ничего вокруг себя не освещая, посыпались вниз, растворяясь в ночном воздухе так же стремительно, как и возникая. Воспользовавшись моментом, стражник Хлаалу, собрав все силы, что у него остались, яростно отбросил гротескное создание к обочине, после чего, тут же откатился в сторону и рывком вскочил на ноги, часто и шумно дыша. Нервно озираясь по сторонам в поисках чего-либо на замену своему оружию, он спешно попятился назад - его меч остался торчать в теле твари, которая, к моему удивлению, как ни в чем не бывало, поднялась, пару раз мотнув головой, и, с безумной злобой взревев, устремилась мне навстречу. Заклинание "Развеять", в которое я, признаться, вложил не малый ресурс своей магической силы, не возымело, похоже, должного... да что там должного? Вообще никакого эффекта. Хм, очень интересно, какова же... с позволения сказать, природа этого существа? Очевидно, что оно не являлось обычным, классическим ходячим мертвецом, но и к типичным призванным, вроде элементалей и атронахов, отношения не имело тоже. Скамп! Не подходящее время для раздумий!
- Отойди, - тихо произнес я.
- Что? - переспросил стражник, не отводя взгляда от ожившего трупа.
- В сторону!
Выкрикнув это, я в несколько прыжков очутился у края ближайшего дома, - благо, улочка была весьма и весьма узкой, - там, где лежали останки одного из стражников, вперемешку с внутренностями, и в прыжке подхватил валявшийся на мостовой рядом с кровавой кашей все еще горевший факел. Скорость, с которой я оказался настигнут неповоротливым на первый взгляд ходячим трупом данмера, потрясла меня в очередной раз. Как его обезображенное, будто невообразимой, страшной заразой, тело, с уродливыми наростами, гипертрофированными тканями и конечностями могло так ловко передвигаться? Заразой... болезнь? Возможно... Скамп! Я едва успел наотмашь ударить факелом порождение мерзкой, но без сомнения невероятно могущественной магии туда, где раньше было лицо, и отпрянуть достаточно, чтобы не оказаться задетым его лапами. Что-то внутри меня подсказывало, что непосредственный контакт с субъектом может носить серьезные фатальные последствия. Сноп фейерверком разлетевшихся искр озарил переулок, едва ли серьезно повредив ожившего мертвеца, но заполучить эти так необходимые сейчас доли секунды мне удалось. Все, произошедшее затем, заняло считанные мгновения, однако для меня время замедлилось настолько, что казалось, будто оно застыло совсем. Возможно, да простит меня Бог-Дракон, оно и вправду застыло, ибо в миг крайней необходимости происходит подобное со мной уже не в первый раз. Могущественнейшие, старейшие и мудрейшие волшебники говорят: "Время - относительно. Иногда - это бурный, неистовый поток. Иногда - незыблемая крепость. В ином месте, где-то, за пределами Осязаемого Мира, Великий Дракон-Бог Времени Акатош закружит его в чудесном, великолепном вихре. И лишь на самом Краю Этериуса оно не имеет смысла". Я никогда не задумывался об этом в достаточной мере серьезно. То ли не хотел, то ли боялся. Не даром гласит пословица: в дела мудрецов не суй носа - голову потеряешь.
Искры от удара факелом, парящие в воздухе и почти угасшие, вдруг снова разгорелись и забелели, как при дуновении ветра. Но то был не ветер. Заклинание уже сплеталось в моей голове, в подсознании, по кусочкам складываясь в единое целое. Загадочные и величественные письмена древних всплывали в памяти, воплощались в мыслях и читались сами собой. Словно произносимые властным, гулким голосом, голосом не громким, но одновременно грохочущим, они звучали внутри меня. И лишь отдаленно, не сразу и неосознанно, но я понимал, что этот голос принадлежит мне самому. Факел в моих руках вспыхнул втрое ярче, открывая проход для необузданной, смертоносной стихии. Готово. Время вернулось в свое привычное русло, ход событий вновь приобрел привычную скорость. Все то же небо, те же звезды над головой. Тот же прохладный ночной воздух, те же дома вокруг. Ходячий труп данмера посреди улицы, несколько неподвижных тел поодаль, стражник Хлаалу, забытый всеми нищий за горой мусора. Я повелительно воздел руки над головой, вслух, громко воскликнув заключительные слова заклинания. Факел заполыхал еще сильнее, подобно звезде Азуры на полотне утреннего небосвода, тут же обратившись в пепел от нестерпимого жара, высвободив закрутившиеся вихрем вокруг моих рук потоки огня. В следующий же миг я обрушил всю мощь яростной стихии на безобразное существо. Жирный росчерк пламени прочертил переулок наискось, волной прокатившись по восставшему трупу данмера, и разбился о незатейливую пирамиду из старых деревянных ящиков, небрежно сложенную у стены противоположного здания, оставив после себя черное пятно сажи, гарь и обугленные местами деревянные обломки. Я не успел, да и, признаться, не собирался произносить настолько сильное заклинание, чтобы обратить в пепел все на своем пути. Будь то пускай и ветхие, но довольно толстые доски. Так как был почти уверен, что хватит и его, ведь оно стоило мне большей магической силы, чем предыдущее. Но...
Выдохнув, я замер. Стражник Хлаалу стоял неподалеку, держа невесть откуда появившийся кинжал наизготовку, и всматривался в дымящуюся груду дерева. К всеобщему изумлению, под ними что-то зашевелилось и захрипело.
- Твою мать, Боэтия тебя проглоти! Этого не может быть! - раздались хриплые ругательства караульного.
Расталкивая обгоревшие обломки, мертвец, вопреки ожиданиям, поднялся вновь и, пошатываясь, выбрался на мостовую. И без того изуродованное, оживленное мерзкой магией, тело темного эльфа, теперь еще покрывали ужасные, не совместимые с жизнью ожоги и раны. Некоторые конечности оказались сломаны, ткани пробиты. Часть бугров лопнула и источала все ту же отвратительную черную жижу, что, текла в его венах и, похоже, заменяла кровь. С поразительной уверенностью и, я бы даже сказал, упрямством, правда, уже совсем не так стремительно, как прежде, оживший труп неуклюже заковылял в мою сторону, волоча сломанную ногу. Вот теперь я, похоже, выхожу из равновесия.
- Ну, все, мерзкая тварь! - Донесся до меня рык отчаявшегося стражника Хлаалу. - Я выпотрошу тебя и заставлю сожрать твои гнилые внутренности!
- Постой, - взмахнул я рукой, останавливая воинственный и безрассудный порыв стража. - У меня есть еще кое-что.
Я медленно двинулся навстречу обезображенному существу. Караульный, внемлив моей просьбе, замер. Судя по дернувшимся куда-то в сторону, зрачкам, он, кажется, обратил внимание на внезапный легкий порыв ветра, который принес непривычную даже для дождливого Западного Нагорья прохладу. Особенно после подобного огненного светопреставления. Еще он заметил, что не осталось ни одного фонаря или факела, что освещал бы переулок. Либо они вдруг чудесным образом погасли, чему никто бы теперь и не удивился, либо попросту отсутствовали здесь изначально. В любом случае, сейчас улицу освещали одни лишь небесные светила.
Существо перешло на некое подобие бега - нормально перемещаться мешала серьезно поврежденная конечность. "Давай, мразь, иди сюда". В тусклом свете колючих звезд не представлялось возможным увидеть, как блеклые маленькие искорки заиграли между моими пальцами. Магия начала работать. Вновь привычная цепочка действий, заученная десятилетиями последовательность мыслеформ. Этериус щедро делится со мной своей безграничной космической энергией. Заклинание готово и ждет своей секунды. Я резко ускоряюсь, перехожу на бег. Мои движения становятся не естественно быстрыми, легкими, но исполненными силы. Искалеченный оживший труп данмера на расстоянии руки. Взмах, рык: "ааргх!", выпад... Хрясь! Раздается дикий треск ломающихся костей. Нечеловеческие скорость и сила моего удара буквально ломает ходячего мертвеца пополам. Его тело сминает, точно тараном, отбрасывает далеко назад и впечатывает в каменную стену дома.
В переулке воцарилась тишина. Молчит луна. Молчат звезды. Молчит и ветер, что недавно принес в затхлый переулок немного прохлады. Я вновь стою где-то посередине, пытаясь привести в норму дыхание и пульс. Чудовище, которое меньше часа назад было данмером, лежит ничком без движения, распластавшись по мостовой.
- Оно сдохло? - нарушил тишину голос стражника Хлаалу.
- Кажется, да, - отозвался я.
- Нужно проверить, - произнес страж и, держа кинжал на изготовке, двинулся к трупу. Подобрав обломок ящика подлиннее, он осторожно приблизился к телу и ткнул его несколько раз. Реакции не последовало.
- Вроде готов, - бросил воин Хлаалу, не поворачиваясь, продолжая разглядывать тварь, ворочая его палкой. - Что же это, мать его, за уродина...
Я слышал ругательства стражника, но внимание мое привлекло нечто иное. Там, чуть поодаль, среди обгоревших обломков едва виднелся черный продолговатый предмет, напоминающий каменную фигурку. Медленно подойдя ближе, я убедился, что не ошибся. Маленькая статуэтка, сделанная из черного, грубого материала с красными вкраплениями, небрежно валялась под кучей досок. Пепел и сажа после взрыва огненного шара покрывали ее довольно плотным слоем, да и освещение как таковое в переулке отсутствовало, потому я решил поднять ее, чтобы разглядеть получше. Я опустился на одно колено и протянул руку, коснувшись фигурки...
...Вспышка... Ослепительная белая вспышка... Ничего не видно за этим слепящим светом... Звон в ушах... Свет рассеивается... нет, даже не рассеивается. Свет будто тонет... выцветает... поглощается тьмой. Непроглядная бездонная всепоглощающая Тьма повсюду... Вспышка... И вот я вижу очертания во мраке. Чувствую твердь под ногами. Черная, безжизненная земля. Темнота движется. Это тучи. Такие же черные и безжизненные... Вспышка... Будто молния сверкает, но где-то там, за тучами, выхватывая из сумрака их контуры. Звуки вернулись. Монотонный ни то гул, ни то шум, не похожий ни на что. Мертвая пустыня простирается до самого горизонта. А там, вдали, на самом краю - исполинские сооружения конической формы. Нет, это не скалы... Будто накренившиеся, заваленные на бок остроконечные треугольники, не нашедшие сил противостоять бессмысленному воздействию чудовищной, необъяснимой и непостижимой силы; причудливые и отчего-то ужасные геометрические фигуры, заслонившие половину небосклона. Впрочем, бессмысленному ли? Что это вообще такое? Кто их создал? В чем их назначение? Вспышка... Я чувствую холод, пронизывающий все тело до костей, забирающийся внутрь, в душу... или идущий изнутри? Ледяной, колючий ветер с трудом сдвигает тяжелые черные тучи, гнетуще нависшие над головой. Я медленно поднимаю взгляд наверх, прикрывая глаза ладонью. О, всемогущие боги Тамриэля... Непостижимо... неподвластно моему пониманию. Источник самой Тьмы... Здесь она рождается и распространяется по этому богомерзкому месту. Колоссальная пирамида, даже не черная, но поглощающая любой цвет и свет. Не ясно, где ее основание - среди всего этого Хаоса геометрических форм, тьмы и облаков не представлялось возможным разглядеть. Величайший треугольный провал во всебесцветную бездну... И казалось, в бездне той не существовало ни времени, ни материи, ни Аурбиса. Гигантский конус пронизывал самое Мироздание, уходил в пустоту, в Космос, где не видно ни планет, ни звезд. Одиночные вспышки тонули в этой Тьме, словно в бесконечности. Ану... Падомай... Я смотрел в вязкую черноту громадного треугольника, закрывающего собой Нир, не в силах отвести взгляд от этой грандиозной и пугающей картины и... Нечто посмотрело оттуда на меня... Этот взгляд видел всю мою жизнь, от начала до конца, единовременно, словно один бесконечно короткий миг, словно точку на холсте жизни. Пожалуй, впервые я почувствовал себя абсолютно беспомощным... Все замерло. Ни движения, ни звука. Вспышка...
Видение прервалось.
- Эй! Что там у тебя? - послышался голос стражника. Он, наконец, отвлекся от разглядывания останков твари, в которую обратился убитый (убитый ли?) мною данмер.
- Ничего. - Я уже прятал статуэтку в заплечный мешок. Представитель закона не увидел этого, либо сделал вид, что не увидел. В любом случае, находку мою он оставил без капли внимания. Совершенно очевидно, что труп с немалым трудом побежденного существа - это единственно, что его сейчас по-настоящему интересовало.
- Арестуешь меня? - последовал мой вполне логичный вопрос с намеком.
- А есть варианты? - вопросом на вопрос парировал стражник Хлаалу.
- Варианты есть всегда, - заключил я. Уголок губ чуть дрогнул, приподнявшись в подобии слабой улыбки. Небольшой матерчатый мешочек со звоном упал в ладони стражу. - И ты меня не видел.
- Так уж и быть. На первый раз прощаю, - ухмыльнулся караульный и, оглянувшись на распластавшийся по мостовой труп чудовища, прибавил. - Учитывая обстоятельства. Но попадешься еще раз - тюрьмы тебе не избежать. Понял?
- Да, - кивнул я.
- Вот и хорошо, - служитель органов правопорядка спрятал мешочек с септимами под кирасу. - А теперь ты свободен. Можешь идти. И впредь держись подальше от неприятностей, земляк.
Я молча развернулся и спешно зашагал прочь не оглядываясь. Стражник Хлаалу, спустя еще какое-то время, сделал то же самое. Его ждал безумный рапорт, в который сложно поверить, а меня - много неразрешенных вопросов, требующих немедленных ответов. И что-то подсказывало мне, что все случившееся сегодня в этом переулке - лишь начало. Начало чего-то ужасного и грандиозного. Мир меняется. На наших глазах творится история. Как любит говорить Хасфат: "История - это огромный сложный механизм". Теперь, я понимаю. И я вижу, как он сдвинулся с места, заработал. Как начали вращаться гигантские древние, как мир, лопасти. Будешь ли ты стоять рядом и молча смотреть, или примешь непосредственное участие в его движении? Почувствуешь свою сопричастность к сотворению Истории, напишешь хотя бы одну маленькую буковку, или просто расслабишься и позволишь течению нести себя, станешь строкой, словом, символом, одним из мириадов, на ее пожелтевших от неисчислимости лет, обветшалых страницах? Я сделал свой выбор и теперь твердо в нем уверен.

*

Одинокая, закутанная в плащ фигура Чародея уходила прочь, растворяясь в ночном полумраке. Но еще кое-кто, забытый и не замеченный с тех пор, наконец, подал признаки жизни. Затаившись и пролежав, не двигаясь и не дыша всю схватку, Назим дождался, пока последняя живая душа покинет место жесткой бойни, и выбрался из-под кучи мусора, служившей ему укромным убежищем в узком проходе между домами. Нищий бездомный редгард уверенно поднялся на ноги, выпрямился во весь, как оказалось, не малый рост, расправил по-редгардски широкие плечи, отряхнулся и поглядел по сторонам. Да, он по-прежнему оставался старым, нищим и бездомным бродягой редгардом в грязной, поношенной одежде. Но что-то изменилось в его взгляде. Ни тени страха, ни удивления, ни любопытства, ни вообще каких-либо иных человеческих эмоций в нем больше не было. Зрачки Назима медленно повернулись сначала в одну сторону, затем в другую, окинув взором поле боя от края до края. Постояв еще пару мгновений, нищий редгард медленно развернулся и скрылся за домами, оставив недавно кипевший событиями переулок в полном одиночестве. И лишь тела поверженных данмеров и неизвестной кошмарной твари остались лежать на холодной мостовой, дожидаясь прибытия отряда воинов Хлаалу и представителей Имперских органов правопорядка.

Продолжение следует...

-=-=-=-=- -=-=-=-=- -=-=-=-=-

Содержание (указаны дата и время официальной публикации)

Пролог. Часть 1.
17 октября 2014, 11:43

Пролог. Часть 2.
17 октября 2014, 23:53

Глава 1. Прибытие.
26 мая 2015, 02:46

Глава 2. Чародей.
26 мая 2015, 02:48

Глава 3. Нежданное Путешествие. Часть 1.
26 мая 2015, 02:49

Глава 3. Нежданное Путешествие. Часть 2.
26 мая 2015, 02:50

Глава 5. О фундаментальности Истории и о формировании личности.
22 сентября 2015, 16:16

Глава 6. Дивный Вечер. Часть 1.
3 декабря 2015, 13:42

Глава 6. Дивный Вечер. Часть 2.
20 августа 2016, 13:48

Глава 7. Переулок.
3 июля 2017, 12:24

Источник: https://ficbook.net
https://vk.com/bal_mora
<'\_?
C наилучшими пожеланиями, Илья .//.\\
... Вопрос на ребре не устоял
--- GoldED+/W32-MSVC 1.1.5
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 04:49. Часовой пояс GMT +4.


Powered by vBulletin® Version 3.8.7
Copyright ©2000 - 2017, vBulletin Solutions, Inc. Перевод: zCarot